Твоё открытие — их прибыль: OpenAI требует долю

Пока все ждали, что ИИ заменит программистов, OpenAI тихо сменила вектор атаки. Код — это пройденный этап. Теперь Сэм Альтман идет за наукой.

Prism: Твой новый соавтор

OpenAI представила Prism — редактор LaTeX для ученых. Это не просто «Word с автодополнением». Это среда, где вы работаете в паре с GPT-5.2. Вы пишете формулы, ИИ дописывает гипотезы, рендерит превью и структурирует сложные исследования.

Но самое интересное скрыто не в интерфейсе, а в бизнес-логике.

Ловушка «куска пирога»

Сара Фрайар, финансовый директор OpenAI, проговорилась о новой модели лицензирования. Суть пугает и восхищает одновременно: если компания использует модели OpenAI для совершения научного открытия (например, нового лекарства), OpenAI хочет долю от прибыли.

Это тектонический сдвиг. Мы переходим от модели SaaS (плати $20 и пользуйся) к модели «Партнерства по принуждению». ИИ больше не инструмент, он — стейкхолдер.

Google дышит в спину

Пока OpenAI целится в Нобелевские премии, Google прокачивает «глаза». Gemini 3 Flash получил Agentic Vision — теперь нейросеть не просто «видит» картинку, но и планирует, как её изучить (зум, аннотации), повышая эффективность на 5-10%. А Chrome в США превращается в полноценный AI-браузер с генерацией изображений и авто-серфингом в сайдбаре.

Что это значит для тебя?

Программисты для OpenAI — «решенная проблема» (solved problem). Инструменты для кодинга достигли плато. Следующий фронтир — это Science-as-a-Service.

Если раньше мы боялись, что ИИ отберет у нас работу, то теперь стоит бояться другого: ИИ (и стоящие за ним корпорации) могут забрать права на результаты этой работы.

Готовы ли вы вписать OpenAI в соавторы своего патента?